Когда доберемся до берега, тогда скажу: да, что-то получилось

А.И.: Скорее выбор по рекомендации. У меня был старший товарищ, который учился на кафедре теплоэнергетических установок и хорошо о ней отзывался. Вот так начался мой путь в теплоэнергетику. Кстати, непосредственно автоматизации в университете был посвящен только один краткий курс на четвертом году обучения. В основном изучали тепломеханику — все, что связано с железом: котлы, насосы. А вот как ими управлять – тогда глубокого представления не было.

А.И.: С ОВЕН ТРМ32. От ЖЭКа, где я обслуживал тепловые узлы и приборы учета, поступило предложение изготовить автоматизированный тепловой узел с погодозависимым регулированием. Я начал искать оборудование в интернете и вышел на ОВЕН. У ОВЕН как раз был регулятор ТРМ32, вот с него-то вся эта карусель и началась.

Сначала я платил специалистам, чтобы сделали электромонтаж, пусконаладку. А потом сам изучил схемотехнику и регулятор досконально. С 2012-го примерно по 2018 года мы работали с крупной управляющей компанией. Так вот за эти шесть лет сделали порядка 60 тепловых узлов на ТРМ32.

А.И.: Он простой и надежный, как АК-47: один раз изучишь и все в порядке, работает, функцию свою выполняет.

А.И.: Да, открыл компанию «Джоуль Тепло». В ноябре будет десять лет. Профиль у нас тепловой: котельные, тепловые пункты, насосные станции в сфере ЖКХ и производстве.

А.И.: Решение нестандартных задач. Сейчас у нас в приоритете автоматизация котельных. Каждая котельная индивидуальна. Везде вроде бы одно и то же: котлы, насосы, теплообменники, клапаны, но тепломеханические схемы разные. Собрать один универсальный шкаф, который подойдет для всех котельных, не получается. Поэтому каждый раз это новая задача.

Вот буквально сейчас устанавливаем шкаф управления котельной мощностью 0,6 МВт. Котельная небольшая – всего два котла, но очень много веток системы отопления. Вместо привычных четырех здесь 13 веток, а с обраткой получается вообще 26 труб. Вот такой лес из труб стоит в этой котельной.

Причем каждую ветку нужно регулировать отдельно, задавать свой температурный график: на первом этаже нужна одна температура, на втором – другая, потому что потребители работают независимо друг от друга. Плюс заказчик попросил интегрировать в систему управления и диспетчеризации приборы учета по каждой ветке, чтобы можно было рассчитываться с арендаторами по индивидуальному потреблению тепла. Вот это сейчас в плане мозгового штурма была, наверное, самая интересная задача.

А.И.: Нет. В Чебоксарах уровень автоматизации пока не настолько высокий. Может быть, когда с автоматизацией здесь будет получше, буду рассуждать по-другому.

А.И.: Наверное, года три назад. Есть у нас предприятие, на балансе которого порядка 80 автоматизированных котельных. Они искали подрядчика на обслуживание систем автоматизации. Я тогда, если честно, что такое автоматизация знал только в общих чертах. А что такое модуль УСО, RS-485, дискретный и аналоговый ввод, среда исполнения… – до меня месяца через три только дошло, в какие дебри я залез. Но как говорится: «Назвался груздем – полезай в кузов».

Ну, а тогда я согласился обслуживать котельные, хотя никогда этим не занимался. И это оказалось интересно. Тепловые узлы и приборы уже немного надоели – хотелось чего-то нового.

И вот с 2023 по 2025 год мы обслуживали эти котельные. На них уже начали серьезно изучать датчики, полевой, средний и верхний уровни, визуализацию, веб-серверы, Modbus, модули ввода-вывода. Поначалу голова просто кипела от терминов, но потихоньку разобрались.

А.И.: Да. Дошли до того, что сами разрабатываем принципиальные электрические схемы по ГОСТу, обвязываем модули, программируем контроллеры, выводим все на верхний уровень – локально на панель оператора или удаленно на диспетчерский пункт.

А.И.: Реально. Нужно время и самообразование. Если есть желание и систематическое ежедневное изучение, то за полгода-год можно освоиться до хорошего уровня и самостоятельно писать программы и разрабатывать электрические схемы.

А.И.: Во-первых, у оборудования есть открытые карты регистров. Мы можем его диспетчеризировать, выводить данные на верхний уровень. Во-вторых, наличие оборудования у дилера. В нашем городе это филиал «ДЕЛЬТА-КИП» и его замечательный руководитель Артемий Игнатьев, который всегда поможет, небольшие сроки поставки – буквально несколько рабочих дней. Подробное руководство по эксплуатации. Это тоже немаловажно. У импортного оборудования иногда открываешь перевод и сидишь гадаешь, что же они имели в виду. А здесь, как говорится, свои для своих, поэтому все предельно понятно.

И, конечно, надежность. Из тех 60 тепловых узлов, которые мы сделали, насколько помню, только с одним ТРМ что-то случилось, и то из-за скачка напряжения. Остальные работают без нареканий.

А.И.: Конечно, есть, а как же иначе? Я инженер. И если мы используем оборудование ОВЕН, то обязаны говорить, что, на наш взгляд, нужно доработать или исправить.

Например, в котельных очень много фазных сигналов 230 В. У ОВЕН есть модуль МВ110-224.8ДФ, сигналы на который можно заводить напрямую, без промежуточных реле и преобразований. Нам очень не хватает такого модуля на 16, а в идеале вообще на 32 входа. Мы сознательно стараемся уходить от промежуточных звеньев в разрабатываемых шкафах, так как в результате повышается надежность и упрощается схемотехника.

В новых линейках модулей, к сожалению, не сохранилась возможность определения текущего сетевого адреса – а ведь это крайне необходимая вещь, в случае потери адреса или замены модуля хотелось бы ее вернуть.

Еще хочется, чтобы доработали панель оператора СП307 (и 310). И разрешение хочется побольше, и чтобы не приходилось гифки раскладывать на кадры.

А.И.: Обслуживали котельную примерно в 160 километрах от Чебоксар. Звонит дедушка-оператор, который фактически просто следит, какие лампочки горят, и сообщает, что котельная не запускается.

Спрашиваю его, что случилось, а он не знает. Прошу подойти к шкафу и посмотреть, какие лампочки горят. Но он ничего толком объяснить не может. Что делать? Взял ребят, поехали за 160 км выяснять, что случилось. Приезжаем… А там всего-навсего сработала авария сухого хода. Давление нормализовалось, но без ручного сброса авария не снимается. Нужно было просто нажать одну кнопку! Я говорю: «Елки-палки, Леня, ты нас позвал за 160 километров, чтобы одну кнопочку нажать? Или по нам соскучился?» А он мне в ответ на чувашском фольклоре : «Капща автоматики, мень кунта пусмалла?»(Дурацкая автоматика, что здесь нажимать надо?).

Сейчас, конечно, смешно. Но вообще такие случаи хорошо показывают проблему эксплуатации, когда есть владелец котельной, обслуживающая организация и оператор, и сделать так, чтобы вся эта связка работала слаженно и каждый понимал свою ответственность, бывает очень тяжело.

А.И.: Сегодня гордиться пока рано. Впереди большие перспективы и планы. Вот когда мы их выполним вместе с ребятами, лет через 10-15 я скажу: да, что-то у нас получилось.

А пока надо работать. Надо развиваться, изучать много нового. Гордиться можно, когда ты гребешь на лодке и наконец добрался до берега, на котором тебя ждет камин… виски… дружная команда и конечно же книги.

А.И.: Последние три года была только работа. Из семи дней в неделю шесть были плановые и аварийные выезды на котельные. Сейчас ситуация меняется, появляется потихоньку свободное время.

А.И.: Чтение Достоевского, Булгакова, Пастернака. Мне вообще нравятся книги: в них есть душа автора, взлеты и падения, предательство и честь, любовь и прощение. Еще есть небольшая техническая библиотека, где самой старой книге про котлы высокой мощности уже 101 год. Кстати, перечитывая ее, наткнулся на слово «эксплОатация», написанное через «О», а не через «У». Поначалу подумал, что орфографическая ошибка – но такого быть не может в книге, тем более прошлого века. Позже выяснил, что вариант «эксплоатация» раньше отражал французское написание слова (exploitation). А в 1956 году приняли единые правила русской орфографии. После этого вариант через «о» убрали из словарей, и теперь он считается ошибкой.

Говорят, раньше машины делали инженеры, сейчас машины делают маркетологи. Вот я бы примерно так же сказал про книги: раньше книги писали инженеры. Старый технический текст и современный воспринимаются по-разному. Мне старые книги больше нравятся. Старые, обветшавшие, прошедшие войну и тяжелые времена. Пускай они уже в руках сыплются – все равно нравятся.

А.И.: Они показывают, что человеческая натура не меняется. Человеческие слабости и человеческая сила – все это было и 200, и 300 лет назад. И ситуации, которые происходили тогда, один в один происходят сегодня. И благодаря чтению иногда можешь предугадать поведение человека или развитие ситуации и заранее выстроить линию поведения.

Но читать нужно не потому, что делать нечего. Читать нужно вдумчиво, постепенно, а не так, чтобы за неделю всего Достоевского прочитать. Его можно и три года читать. Прочел главу, сидишь с горячим чаем в тишине и думаешь: а что он имел в виду? Как это соотносится с тем, что происходит сейчас? В чтении важна постепенность, вдумчивость, анализ.

А.И.: Конечно, молодежь у нас хорошая. Да, наверное, расхлябанная, избалованная, но это отголосок времени и это только часть молодежи. Есть добрые и талантливые ребята. И не надо никого заставлять читать книги или к чему-то призывать. Наше дело своим примером показывать, что можно читать старые, дряхлые книги. Можно не знать каких-нибудь медиаперсон, зато знать, кто такой Пьер Безухов, Алеша Карамазов, Николай Ставрогин. Все от воспитания зависит и от желания самого человека. Это же относится и к проблеме импортозамещения. Понимаете, нам надо стремиться к нашему отечественному производителю, чтобы быть на достойном мировом уровне. Нужно, чтобы на ментальном уровне инженеры склонялись к нашему оборудованию. Но для этого должно пройти время. Нельзя сразу заставить людей полюбить отечественное. Чтобы доброе семя взошло и принесло плоды, необходимо подготовить почву. Те же зарубежные производители десятилетиями, веками нарабатывали все то, что они имеют сейчас. И самое главное, они создавали не компанию-однодневку, они создавали компании, которые будут переходить из поколения в поколение. У них не было задачи завоевать капитал, у них была задача построить инженерию, внести вклад в развитие человечества. Вот и нам надо к этому прийти. А для этого должно пройти даже не 30-40 лет, а хотя бы 60-70. И вот наши внуки, может быть, ментально поменяются.

А.И.: Не бояться. Не бояться идти вперед, ошибаться, падать, вставать и опять падать, и опять вставать. Наш боец смешанных единоборств Федор Емельяненко однажды на провокационный вопрос журналиста: «Что вы сейчас чувствуете после поражения?» ответил очень мудро: «Кто не падает – тот не встает!» Всегда помнить прошлое и учиться на своих ошибках. Это полезно и бронебойно. Как бы тяжело и больно ни было, свои ошибки – это свои ошибки. Урок из них извлекаешь гораздо больший, чем когда смотришь на других.